Звонкое дело

2026 год объявлен Годом единства народов России по указу президента РФ Владимира Путина, подписанному 25 декабря 2025 года. В рамках Года единства народов России появятся два новых праздника: День коренных малочисленных народов России – 30 апреля. День языков народов России – 8 сентября.

Году единства народов России посвящается…

Тайны уральских промыслов

Удивительные истории из бабушкиного сундука

– Бабуля, а можешь достать тот красивый колокольчик с верхней полки? – попросила Катя.

– Держи, – протянула ей бабушка заветную вещицу. – Только не нужно, как в прошлый раз, звенеть полдня напролёт. А то и дед ругаться будет, и соседи нам спасибо не скажут.

– Я тихонечко и недолго, – пообещала Катя. – Очень у этого колокольчика звук красивый. Он тоже старинный?

– Да, этому колокольчику почти двести лет, его мне дедушка мой подарил. Он очень звонкий, далеко слышно. Младший братишка больших церковных колоколов.

В XVIII–XIX столетиях на Урале строилось много новых храмов, и для всех них нужны были колокола. Первые уральские колокола были отлиты в 1702 году по распоряжению Никиты Демидова в Невьянске местными мастерами Яковом Горяевым и Василием Москвиным. По одному колоколу идёт надпись: «СЕЙ КОЛОКОЛЪ ЛИТЪ СЪ МАГНИТОМЪ ПОПОЛАМЪ СЪ ПРОСТЫМЪ ЧУГУНОМЪ. ВЕСУ КОЛОКО(Л) 1 ПУДЪ 25 ФУНТОВЪ. 1702 ОКТЯБРЯ 28 ДНЯ». Другой колокол – медный, на нём значится: «ЗАВОДЪХ ЛИТЪ СЕЙ КОЛОКОЛЪ ВЪ НЕВЬЯНСКИХЪ ГДНА ДВОРЯНИНА ДЕМИДОВА. ВЕСУ 15 ПУ(ДОВ) 79 ФУНТОВ». Так началась колокольная история в Невьянске, а позже здесь был воздвигнут специальный колокололитейный завод. Кстати, до сих пор на Невьянской наклонной башне висит набатный колокол, отлитый в 1732 году на Невьянском заводе Акинфия Демидова.

С момента своего основания и Екатеринбургский железоделательный завод начал изготавливать колокола на замену чугунным доскам, с помощью которых народ созывали на работу. Так, для Висимского завода в Екатеринбурге был отлит сигнальный колокол весом в три пуда «для позыву на работу мастеров и работных людей, и прочих ремесленников, и ради других несчастных случаев». Одним из ведущих мастеров по отливу колоколов на Екатеринбургском заводе значился «пушкарских дел мастер» М.Афанасьев.

Важным центром колокольного дела в XIX веке также считается Туринск, где был небольшой завод Котельниковых по отливке колоколов для местных храмов и Тобольской епархии. Уральские мастера усовершенствовали не только литьё, но и художественное оформление. Изделия богато украшались растительными или геометрическими фризами, плетёными узорами, изображениями святых и библейскими текстами. Известно, что отливались колокола, которые называются «царскими», – с громким и торжественным звучанием.

Литьём колоколов славился и Суксунский завод, вступивший в строй в 1729 году. О качестве суксунского литья рассказывает такой факт. Когда в Большом театре после пожара, происшедшего в 1853 году, потребовалось заменить растрескавшиеся колокола его знаменитой звонницы, дирекция обратилась к суксунскому умельцу Михаилу Ерофееву. И мастер отлил 48 колоколов различной тональности. До сих пор звучит уральская медь в «Борисе Годунове», «Иване Сусанине» и в других операх русских композиторов.

Не менее интересна история маленьких поддужных колокольчиков, которые подвешивали на конных упряжках. Они своим звоном оповещали почтовые станции о приближении государевых людей. В 1754 году Сенат разрешил учредить еженедельную почту от Москвы до Тобольска для пересылки государственных бумаг. Кратчайшим путём от Тобольска до Казани был проезд через Екатеринбург и Кунгур. Поэтому Пермскому губернскому правлению было предписано построить на этом промежутке дороги почтовые станции. Но пришлых ямщиков здесь не было. И пересылку бумаг начали производить «посредством гоньбы городских и уездных жителей». Отсюда и началось развитие «звончатого» промысла на уральских заводах.

Поддужные колокольчики отливали в Кунгуре, Невьянске, Ильинском, Баранче и Сысерти. Делали маленькие колокольчики мастера-кустари, организовав меднолитейное дело с парой подмастерьев. Например, в Кунгуре литейные мастерские действовали в десяти дворах, в них работало десять мастеров, семь подмастерьев и 13 учеников. И неизменно изделия уральских мастеров получали восторженные отзывы на промышленных выставках и ярмарках.

История колокольного дела в России прекратилась на семь десятилетий. В 1920-1930-е годы тысячи церковных колоколов были отправлены на переплавку для нужд индустриализации. К 1940-м годам традиция колокольного литья была практически утрачена.

Возрождение колокольного промысла началось в конце 1980-х -в начале 1990-х годов одновременно с реставрацией храмов. В 1991 году на Уральском алюминиевом заводе в Каменске-Уральском начальник литейного участка Николай Пятков вместе со старшим мастером Виктором Коротковым решили возродить утраченное искусство. Начавшееся с миниатюрной мастерской во дворе собственного дома, сейчас это серьёзное производство, которое изготавливает колокола для храмов со всей России, – колокольный завод «Пятков и Ко».

Первыми громкими работами каменских литейщиков были колокола для Собора Василия Блаженного и Донского монастыря в Москве, городские куранты Ярославля, Великого Новгорода и Мраморного дворца в Санкт-Петербурге. На сегодняшний день пятковские колокола поют в странах ближнего зарубежья и странах Восточной Европы. Кстати, и в храмах Лесного звучат колокола мастеров Каменска-Уральского.

«Меднолитейщики строили в сенях своих домов небольшие из кирпичей горны. Положив медь в плавильный горшочек (тигель), сделанный из пенковой глины, мастер ставил его в горн на приготовленный уголь. При содействии меха уголь разжигался до высокой температуры. Медь в горшке растоплялась, и её выливали в земляные опоки. Отливки обтачивались разными орудиями при помощи колеса».

Николай Попов,
«Хозяйственное описание Пермской губернии. Пермь, 1804».

Как изготавливали колокола

Сначала мастера производили сложные расчёты. Нужно было учесть множество параметров: диаметр и толщину колокола, плотность сырья. На основе расчётов создавался прототип будущего изделия в натуральную величину – глиняный фальшколокол.

Внутри литейной ямы выстраивали каменное основание, которое обмазывали толстым слоем глины. Поверх насаживали фальшколокол и снова обмазывали конструкцию глиняной смесью, а затем обвязывали металлическими прутьями. Так внешний и внутренний рисунок фальшколокола отпечатывался на будущих формах для литья.

Когда глина высыхала, при помощи прутьев внешнюю форму осторожно снимали, а затем, убрав с основания фальшколокол, возвращали на место. В образовавшееся пустое пространство заливали расплавленный металл. Когда он остывал, внешний глиняный корпус разбивали и снимали с основания уже готовый колокол.

Процесс этот был настолько сложным, что наделялся почти сакральным смыслом и обрастал забавными обычаями. Например, во время отливки мастера распускали по городу слухи, причём самые неимоверные. Считалось, что голос колокола получится тем красивее и звонче, чем больше народу поверит в эти небылицы. Исследователи считают, что именно так появилось понятие «заливать», то есть говорить неправду.

Когда колокол был готов, к нему относились как к живому: крестили, давали имя, а если считали, что он «провинился», наказывали!