Там, где открывается Истина

Кем вероятнее всего станет молодой человек, если его родители батюшка и матушка? Ответ кажется очевидным: священником. Герой нашего сегодняшнего рассказа иеромонах Феодор (Кузнецов) -сын настоятеля храма святителя Николая в посёлке Ёлкино протоиерея Александра и матушки Марины – стал не просто священником. Он выбрал путь монашества.

Сегодня отец Феодор – клирик Нижнетагильского Казанского мужского монастыря. Наш разговор с ним – о том, как и почему человек выбирает монашество.

Другая жизнь

У обычных людей, или как говорят в Церкви, «в миру», уход человека в монастырь чаще всего ассоциируется с чем-то трагическим и почти равен уходу из жизни. Оказалось, это – глубокое заблуждение: не уход из жизни – уход в другую жизнь. Наполненную смыслом. Туда, где каждый знает, для чего он живёт. Где открывается Истина.

Неловко сознаться, но я, много лет посещающая церковь, по-настоящему поняла это лишь после беседы с отцом Феодором. В 31 год он уже знает ответ на вопрос «зачем я живу», который многие не могут найти до самой старости. И монастырские стены для него – не тюрьма, а защита от шума, мешающего услышать Бога.

Зерно

Отца Феодора я знаю с детства. С тех времён, когда он ещё был Сашей Кузнецовым, учился в 76-й школе, дружил с моим сыном, пел с певчими на клиросе, помогал отцу в алтаре. Улыбчивый, очень вежливый, воспитанный и старательный. И не было в нём какой-то внешней «особенности», той, которую иногда задним числом пытаются увидеть в людях, выбравших духовный путь. Обыкновенный мальчишка, казалось, с обыкновенными мальчишескими интересами. Но, как видно, уже тогда дало росток зёрнышко, из которого и выросло решение стать монахом. Ведь такое не возникает на пустом месте. Подобные решения вызревают годами.

Не сказки на ночь

Всё и правда началось в детстве. На ночь папа читал маленькому Саше не обычные сказки про волшебников и драконов, а жития святых.

«Была у нас дома такая небольшая детская книга, в которой рассказывалось о жизни знаменитых святых, – вспоминает отец Феодор. – Первый святой, о котором мне прочитал папа, был Александр Невский. А вот второй – Сергий Радонежский. В рассказе о нём был момент, который на меня произвёл сильное впечатление. У преподобного Сергия, когда он был совсем маленьким и носил имя Варфоломей, не получалось читать, и он очень тяжело это переживал. Однажды встретил он схимника и попросил его помолиться о том, чтобы научиться грамоте. У Михаила Нестерова даже картина есть – «Видение отроку Варфоломею».

«У меня тоже плохо получалось читать. И я насчёт этого сильно переживал, – признаётся иеромонах. – Я думал: «У него всё получилось легко, потому что он обратился к Богу. Господь ему помог».

Быть может, первый осознанный диалог мальчика с Богом, в котором – надежда на помощь и вера в чудо, состоялся после этого.

Ожившая карта

Тогда же отец подарил ему большой календарь с изображением преподобного Сергия и Троице-Сергиевой лавры, пообещав обязательно съездить туда с сыном. Саша повесил календарь на шкаф перед кроватью и каждый вечер, засыпая, представлял, как будет ходить по древнему монастырю. Поездка в Лавру в детстве так и не случилась, но, когда уже студентом семинарии он попал туда, карта, выученная наизусть, ожила. Масштабность этого места и дух истории оставили неизгладимое впечатление.

Жизнь преподобного Сергия Радонежского стала для отца Феодора одним из главных примеров монашеского пути. Позже, уже в семинарии, на уроках аскетики, где рассказывалось о борьбе со страстями, он начал углубляться в тему. Читал жития других великих подвижников: Антония Великого, считающегося отцом монашества, Феодосия Великого, Макария Великого.

Выбор пути

Монашество редко начинается с внезапного решения. И в этом смысле путь отца Феодора очень показателен. После школы он поступил в семинарию, по окончании которой поселился в Нижнетагильском Казанском мужском монастыре и начал работать в Свято-Троицком кафедральном соборе.

Перед ним стояла вполне «обычная» для выпускника семинарии перспектива: создать семью и стать приходским священником. Это естественный путь, и многие идут именно по нему. Мысль о монашестве пришла не сразу. Она созревала постепенно. С каждым днём, особенно в выходные, когда не надо было ехать в собор и молодой человек оставался в монастыре, он всё яснее понимал: именно здесь есть место и для работы, и для молитвы.

«Там было то, чего не хватало за стенами обители, – тишина и спокойствие, и не только внешние, – говорит отец Феодор. – Незаметно это место стало для меня родным. Был момент, я решил уехать оттуда, но, когда представил, что покину свой монастырь… заплакал. Понял, почувствовал, мне нужно быть тут».

Он принял монастырь, а монастырь принял его.

Как восприняли этот выбор родители? Сначала отговаривали. Это естественно для любящих матери и отца, которые хотят для сына обычной человеческой доли. Но потом пришло осознание и спокойствие.

«Они приняли мой выбор. Думаю, благодать Божья посетила их», – говорит сын.

Постриг

В 2021 году Александр Кузнецов был пострижен в монахи с именем Феодор – в честь праведного воина и великого полководца Феодора Ушакова.

А спустя два года, в 2023-м, рукоположен в священнический сан – стал иеромонахом.

«Сейчас я понимаю, что это была воля Божия», – говорит он.

Эта фраза может показаться привычной, почти формальной. Но за ней – глубокое осознание того, что твой путь не случаен.

«Свою роль сыграл и тот опыт, который я получил, читая жития святых, и то, чему учился в семинарии, – добавляет иеромонах Феодор. – Сейчас я понимаю, что монашеская жизнь мне более по душе, чем семейная. Хотя это – огромная ответственность. Человек добровольно отказывается от привычной жизни, принимает обеты – безбрачия, нестяжания, послушания – и учится жить по-новому. Мученики умирали за Христа. А здесь ты… живёшь за Христа.

Нельзя сказать, что она идеальна, моя монашеская жизнь. Всякое бывает. Например, у монаха есть молитвенное правило. Случается, не успеваешь сотворить его как следует – и это очень огорчает. Хотелось бы больше времени уделить чтению Псалтири. Но у священника есть свои послушания, их тоже нужно выполнять. Откладываешь свои нужды и идёшь помогать жить людям».

Обычный день необычной жизни

День в монастыре начинается с общей молитвы братии. Затем – послушания. У каждого они свои.

Иеромонах Феодор – помощник настоятеля монастыря по катехизации. Помимо службы в храме, занимается воскресной школой – проводит занятия для прихожан. Одно из них – кружок по обучению чтению на церковнославянском языке.

Отец Феодор разработал собственную, как он сам говорит, «небольшую концепцию», позволяющую людям научиться читать на языке богослужения на основании Псалтири. Берётся церковнославянский текст и параллельно русский. Включается запись идеального чтения псалмов, участники слушают, разбирают непонятные слова и буквы.

«Мы не просто читаем, – объясняет он. – Вторая часть занятия посвящена тому, что мы слушаем, как поют этот псалом. Наслаждаемся этим. А в конце пытаемся толковать текст, стараемся понять, о чём в нём говорится, и переложить это на нашу жизнь».

Но, пожалуй, самое необычное его послушание – выпечка просфор. Здесь был свой путь проб и ошибок. Отец Феодор вспоминает, как долго они со своим коллегой по стряпне Михаилом выверяли рецепт, нашли нужное количество муки, воды, изготовили первые красивые просфорки, а они сгорели за три минуты, потому что у печки не работал регулятор температуры.

«Сейчас уже всё получается, – улыбается он. – Мы печём просфоры для храма в Ёлкино и ещё одного деревенского храма».

О мудрости, молодости и благодати

И всё же основная его обязанность – служба в храме. А быть молодым священником – особое испытание. Люди приходят, называют «батюшкой», ждут совета. «Как 31-летний человек может давать глобальные советы по жизни людям, которые прожили гораздо больше?» – спрашиваю я.

«Я понимаю, что многого ещё не знаю, – отвечает иеромонах Феодор. – Но не надо забывать о благодати Божией, которая даётся каждому священнику. Она помогает. Часто ответ на проблему прихожанина находится в житиях святых. Ситуации не новы, человеческая природа не меняется веками. Бывают тяжёлые и сложные случаи, когда трудно найти ответ. Но молишься – и Господь посылает решение».

Именно поэтому иногда он просит время, чтобы подумать, помолиться.

«И всё же, – подчёркивает отец Феодор, – не стоит надеяться на чужую голову. Священник может подсказать, направить, привести пример из жизни святых. Но решение всегда остаётся за самим человеком. Ни священник, ни родители не могут прожить жизнь за другого. Ты сам выбираешь и сам несёшь ответственность за свои поступки».

Самое сложное в служении – встречи с человеческой болью. Отец Феодор рассказывает о людях, оказавшихся на грани, о зависимостях, о смерти молодых, вспоминает случаи, когда приходилось исповедовать людей в отчаянии, видеть разрушенные судьбы.

Сила проповеди

Его проповеди, которые прихожане называют мудрыми и красивыми, он прежде всего обращает к самому себе. Основу их черпает в Евангелии и творениях святых. Для него важнее не изящество слова, а его сила.

«Проповедь должна не трогать, а менять, и прежде всего – самого проповедника, – говорит отец Феодор. – В ней обязательно должен быть нравственный вывод – внутренний толчок, который побуждает человека к действию.

Счастье, не зависящее ни от чего

В конце разговора я задаю вопрос: «Вы счастливы?» Отец Феодор отвечает без тени сомнения: «Да, я счастлив. Но самые счастливые люди, мне кажется, те, у которых на этой земле вообще ничего нет. Им ничего не нужно и от них никому ничего не нужно. И они могут полностью отдать себя в руки Божьи».

В мире, где счастье принято измерять обладанием, монашество говорит об обратном. Парадокс, который сложно принять.

«Монашеская жизнь научила меня тому, что счастье – не когда у тебя много, а когда тебе достаточно, – добавляет он. – И все трудности в нашей жизни – это на самом деле такие мелочи. Есть молитва, и благодаря молитве человек может свернуть горы».

И это уже – не теория, а прожитый опыт. Мирские заботы, которые когда-то казались важными, утратили для него свой вес, словно «фантики». Открылось главное – Истина. И эта Истина – Христос.