С Богом легче

У него нет воинского звания, оружия и боевой задачи. Его оружие – молитва, его задача – быть рядом. Отец Сергий Архипов – штатный военный священник войсковой части 12 Главного управления Минобороны РФ. Он служит в полковом храме во имя иконы Божией Матери «Живоносный Источник», а с 2023 года трижды направлялся в служебные командировки в зону боевых действий.

КАПЕЛЛАН

Когда в августе 1999 года выпускник Московской духовной семинарии священник Сергий Архипов приехал в Лесной, владыка Викентий назначил его окормлять местную войсковую часть.

– Есть такое латинское слово: капеллан – военный священник, тогда это было очень необычно, институт военного духовенства в России только возрождался, – рассказывает отец Сергий.

В 2012 году его официально, указом министра обороны, назначили штатным военным священником. Должность отца Сергия звучит по-армейски чётко – помощник командира по работе с верующими военнослужащими.

БУДНИ ВОЕННОГО СВЯЩЕННИКА

Каждый понедельник отец Сергий благословляет военнослужащих войсковой части на предстоящую рабочую неделю, а в пятницу вечером совершает молебен на выходные дни, чтобы они прошли достойно, «во Славу Божию». Он участвует в так называемых месячниках слаживания воинского коллектива, проводит беседы.

– Но основное, конечно, богослужение в полковом храме, который у нас действует с 2000 года, – говорит отец Сергий. – Батюшка хоть военный, хоть не военный – священнослужитель. Где бы он ни оказался, в первую очередь выполняет свою священную миссию – совершение богослужения. Основа его – литургия. Как выразился один из святых отцов, «мироспасительное» таинство, которое совершается «и о всех, и за вся». А также проповедь, личное общение.

В храм приходят военнослужащие, их жёны, дети. Родители ребят, которые уходят на СВО, – помолиться за них.

Священник в воинской части – гражданский специалист, он не имеет звания, но законы воинской дисциплины распространяются и на него. И если приходит распоряжение о командировке, выбирать место и сроки не приходится.

– Приходит телеграмма: указаны сроки и место. Ты просто собираешься и едешь, – говорит батюшка.

За плечами отца Сергия уже три серьёзные командировки.

МАРИУПОЛЬ

Первая, в начале 2023 года, прошла в Мариуполе со сводным отрядом сапёров. Работа военных инженеров, участвовавших в разминировании завода Ильича, «Азовстали», городских дворов и полей вокруг, была смертельно опасной. Враг, отступая, оставил сотни «сюрпризов», растяжек, неразорвавшихся снарядов.

– Каждое утро я читал молитвы и благословлял бойцов перед выходом, – вспоминает священник.

Храм разместился в небольшом подвальчике. До отца Сергия там уже служили два священника. Иконостас, несколько икон, книги. Но главное – была возможность совершать литургию. В алтаре стоял стол со скатертью и антиминсом. Священник и бойцы старались по возможности благоукрасить свой храм. Сапёры приносили найденные в руинах книги. Однажды в разбитом доме нашли Евангелие, которое успели погрызть мыши.

– Я заклеил его синей изолентой. Синяя обложка – синяя изолента. Стало неплохо, – с улыбкой вспоминает батюшка. – Так наполнялась библиотека храма.

Там отметили Крещение, освящали воду.

– На Пасху пришло около пятидесяти человек. Служили ночью, с огромной радостью. Обстрелы были почти каждый день. Наши ПВО сбивали ракеты – взрыв, стёкла дребезжат. Всё так быстро, что даже не успеваешь испугаться.

Первая командировка длилась больше четырёх месяцев.

– Слава Богу, все ребята из нашего отряда вернулись живыми. Это была моя главная молитва.

СИРИЯ

Вторая командировка, летом 2024 года, почти на три месяца забросила отца Сергия в совершенно иную стихию – в сирийский Тартус.

– Из Москвы, с Чкаловского аэродрома, летели до авиабазы Хмеймим. Оттуда с военной колонной на бронеавтомобилях «Тигр-М» и «Тайфун» добирались до военно-морской базы в Тартусе, – рассказывает отец Сергий. – Там построен деревянный храм в честь праведного воина Феодора Ушакова.

Летом в Тартусе пятидесятиградусная жара. Жили в специально обустроенных контейнерах с кондиционером и душем. Лишь там можно было спастись от изнуряющего зноя.

– Послужишь на корабле: совершишь молебен, благословишь команду или корабль освятишь – подрясник мокрый.

В основном на базе располагались боевые корабли, но заходили и гражданские танкеры. Однажды отцу Сергию довелось освящать подводную лодку.

– Моряки – очень верующие люди, – делится он. – Они зависят и от стихии, и от аппаратуры, которая имеет свойство ломаться. На кораблях всегда есть иконы, есть и с частицами мощей. Без веры там не прожить.

ЧЕТЫРЕ МЕСЯЦА В ДНР

Третья командировка началась 27 июля 2025 года и длилась до поздней осени. Четыре месяца – в ДНР, в прифронтовой полосе.

Отец Сергий рассказывает, что здесь его поразило то, чего человек из мирной жизни, наверное, меньше всего ожидает. Спокойствие.

– В тылу мы часто думаем, что там все боятся, трясутся и прячутся под кустом. На самом деле там нет такого. Люди выполняют свои боевые задачи. Понимают: надо – значит, надо. Перестают задавать себе вопрос: «А если?..»

Отец Сергий и сам прошёл через то же самое.

– Всё же было страшно? – спрашиваю я.

– Об этом просто не думаешь, просто выполняешь задачу. Может быть, оно и страшно, если со стороны смотреть. А там некогда думать об этом. Конечно, страх никуда не исчезает. Но человек не может позволить ему управлять собой. Святой Паисий Святогорец говорил: «Тот, кто прячется и боится, в первую очередь погибает».

БЛИНДАЖНЫЙ ХРАМ

В командировку священник везёт с собой всё необходимое для богослужения: небольшую, походную, евхаристическую чашу, кагор, Евангелие, свечи, маленькие иконки для бойцов.

В тот раз храм располагался в блиндаже. Каждое воскресенье отец Сергий старался совершать литургию в своём блиндажном храме. Он рассказывает, что причащались обычно один-два человека. Потому что помногу в одном месте собираться нельзя.

– По сути, батюшка служит один. Если нужно кого-то причастить, берёшь запасные Дары, сам едешь в подразделение.

Многие приходили не только на службу, просто хотели поговорить. О чём разговаривали? О семьях, родителях, детях, погибших товарищах…

ЧУДО КАК ЧАСТЬ ЖИЗНИ

И, конечно, не обходилось без чудес. Отец Сергий говорит о них без пафоса, почти буднично. Может быть, потому что там, на передовой, они перестают казаться чем-то необыкновенным и становятся частью жизни.

Один из бойцов рассказывал, как во время движения рядом с ним упал беспилотник. Его товарищ погиб, а он сам остался жив, отделавшись контузией. После этого пришёл в храм, причастился.

Отец Сергий спросил:

– Наверное, за тебя кто-то молится?

– Мама. В храм постоянно ходит, молится за меня, – ответил боец.

Другой военнослужащий нашёл икону Божией Матери в полностью разрушенной девятиэтажке – среди пыли и обломков. Подобрал, обтёр. А во время отпуска отнёс приходскому священнику и освятил.

– Теперь я с ней везде езжу. Уже раза четыре меня Господь от смерти спасал, – рассказал он отцу Сергию.

– Вера помогает людям. Многие там становятся верующими, – говорит батюшка.

ОКОПНАЯ ЖИЗНЬ

Он рассказывает и о быте на передовой, о том, как устроена жизнь там, где, кажется, жизни быть не может.

– Я заметил, идёт какая-то своя, окопная, уже будничная жизнь. Когда приезжаешь туда, начинаешь понемногу привыкать к ней, – делится священник.

Хотя привыкнуть полностью, наверное, невозможно. Беспрестанно летающие БПЛА. Жара, суховей – летом. Зимой – холод, дожди, грязь, слякоть.

Но на тяготы он не жалуется, главное – быть рядом с ребятами, чтобы они могли выговориться, помолиться, получить утешение.

Быть рядом, когда страшно, – возможно, в этом и состоит главное предназначение военного священника?

ПРОВОДЫ И ВСТРЕЧИ

Одних бойцов отец Сергий провожал на линию боевого соприкосновения: благословлял, раздавал иконки, молился вместе с ними, а потом о них.

– Моя главная молитва в командировках всегда одна, чтобы все вернулись живыми.

Других встречал, когда они возвращались с позиций.

– Человек месяцами живёт в режиме постоянной опасности, где смерть совсем рядом, – объясняет отец Сергий. – И вдруг оказывается дома, где мир продолжает жить своей привычной жизнью. А человек уже другой. Ему нужно заново привыкнуть к тому, что вокруг тихо, что можно просто идти по улице, не прислушиваясь к каждому звуку. Что рядом дети, семья, обычная жизнь.

По словам батюшки, его пастырский долг – помочь воину, насколько это в его силах, оставить позади пережитое и снова почувствовать себя не только солдатом, но мужем, отцом, сыном.

По подсчётам отца Сергия, за четыре месяца третьей командировки через его молебны прошло около пяти тысяч человек. Одни уходят на линию боевого соприкосновения, другие возвращаются. Одних провожаешь на передовую, других – домой благословляешь.

Как изменили отца Сергия эти поездки? Он отвечает не сразу, подбирая слова.

– Когда возвращаешься, понимаешь, что многие вещи, которые раньше раздражали, – это такие мелочи, – размышляет отец Сергий.

Сегодня отец Сергий дома, в Лесном. Но, если потребуется, в его рюкзаке уже лежат походная Чаша и Евангелие. Ведь пастырь не бросает свою паству, даже если она идёт сквозь огонь.